ISSUE 2-2019
INTERVIEW
Roman Temnikov
STUDIES
Pavel Havlicek Michal Lebduska Bogdan Oleksyuk Bogdana Kostyuk
OUR ANALYSES
Otar Dovzhenko
REVIEW
Pavel Vitek
APROPOS
Maxim Rozumny


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
КАНЦЕЛЯРСКАЯ СТРУКТУРА
By Roman Temnikov | Researcher in politics, Azerbaijan | Issue 2, 2019
Участникам «Восточного партнерства» нужны реальные деньги, а не пустые обещания

Десять лет назад по инициативе Польши и Швеции в Евросоюзе была принята новая программа сотрудничества с бывшими советскими республиками Восточной Европы (Беларусь, Украина, Молдова, Азербайджан, Армения и Грузия) названная «Восточное партнерство».

Программа «Восточное партнерство» была официально учреждена на саммите в Праге 7 мая 2009 года и направлена на развитие интеграционных связей между ЕС и странами-партнерами на двустороннем и региональном уровнях. Она ставит своей целью введение в действие политической ассоциации и экономической интеграции между Евросоюзом и восточными партнерами. Под этим подразумевается заключение новых договоров об ассоциации, включая углубленные и всеобъемлющие зоны свободной торговли и постепенную интеграцию в экономику ЕС. Вопрос о возможности дальнейшего присоединения шести постсоветских стран к Европейскому союзу программой не рассматривается.

В соответствии с подписанной на саммите «Пражской декларацией»  сотрудничество предполагается строить в рамках четырех тематических платформ:

  • по делам демократии, эффективного управления и стабильности (реформы государственной службы, борьба с коррупцией, сотрудничество в области правосудия и полиции, свобода СМИ и пр.);
  • по делам экономической интеграции и сближения с отраслевой экономической политикой ЕС, включая создание зон свободной торговли;
  • по вопросам энергетической безопасности (унификация энергетической политики и правовых решений в государствах «Восточного партнерства» с практикой/правом Евросоюза, развитие источников возобновляемой энергии);
  • развитие контактов между людьми (либерализация визового режима, борьба с незаконной миграцией, а также культурное сотрудничество).

Подводя итоги прошедшего десятилетия, на вопросы журнала «Русский вопрос» ответил российский политолог, председатель Экспертного совета Фонда поддержки научных исследований «Мастерская евразийских идей» Григорий Трофимчук.  

Как известно, программа «Восточное партнерство», созданная Евросоюзом для 6 бывших советских республик, начала свою реализацию 10 лет назад и сразу же в России была окрещена антироссийской. С чем это было связано?

Такое отношение к проекту «Восточное партнерство», со стороны значительной части российских экспертов является вполне естественным, так как главной целью его организаторов являлся отрыв от России ее традиционных друзей. В свое время не сработал аналогичный, но менее масштабный проект ГУАМ, объединивший Грузию, Украину, Азербайджан и Молдову, поэтому нет никаких надежд и на успех новой аббревиатуры.

Если посмотреть на этот процесс глазами самих республик, наспех сколоченных в новый блок, которому сегодня уже 10 лет, то им элементарно нужны были деньги. Им были нужны явные, а не декоративные, не декларативные преференции со стороны Евросоюза. Особых денег они так и не получили, поэтому желание активно работать в рамках этого партнерства как-то затихло. Поэтому я и сравниваю его с ГУАМ.

Другой целью ВП было создание видимости для входящих в него шести стран, что через этот «санпропускник» они смогут попасть и в Евросоюз. Но ВП, к сожалению, для этих шести столиц, это уже и есть заменитель «евросоюза», для тех, кого не хотят брать в союз основной. При этом надо заметить, что я не отношусь к той части экспертов, которые считают, что эти республики никогда не войдут ни в ЕС, ни в НАТО, но это отдельный вопрос. Однако членам ВП не нужна никакая видимость, им нужны реальные деньги. А реальных денег нет. По крайней мере, в том объеме, как их получает от Брюсселя, к примеру, та же Польша. При этом Польша является дополнительной политической надстройкой над ВП, «средним братом», прокладкой между ВП и ЕС, с целью контроля над младшими постсоветскими добровольцами.

Более того, члены ВП вполне могут контролироваться даже такими прослойками, как, например, Вышеградская группа, в которую входят Польша, Чехия, Словакия и Венгрия, и которая в гораздо большей степени могла бы претендовать на вывеску «Восточное партнерство», так как по определению лежит на востоке ЕС. А не на Кавказе, как те же члены ВП Грузия, Азербайджан или Армения. С тем же успехом Евросоюз мог бы создать какой-то декоративный блок для стран Центральной Азии. Думаю, что и сама «Вышеградская четверка» существует (и даже планирует расширяться) только потому, что входящим в нее странам Евросоюз не кажется достаточно надежным.

Каково сейчас, спустя 10 лет отношение к этой программе в той же России?

Отношение ровное, я бы даже сказал точнее: никакое. В том числе и потому, что ВП ничем особенным себя так и не проявило. Приходится обращать внимание на то явление, которое этого действительно заслуживает. Но к «Восточному партнерству» это правило отношения не имеет. Ему даже не надо оказывать никакого противодействия, оно и без того еле-еле шевелится, в основном только на своих саммитах.

Думаю, что в 2009 году целью авторов проекта было провоцирование России, чтобы на этом фоне можно было усилить и само ВП, включая благосостояние его чиновников. Но авторам явно не хватило смелости и широты взглядов, поэтому ВП выродился в очередную формальную, канцелярскую структуру. Надеяться оторвать за счет нее от интеграции с РФ ту же самую Беларусь было бы просто смешно. Минск не променяет реальные преференции в союзе с Москвой на виртуальные бонусы в размытом периметре ВП.

У тех, кто стоит за созданием ВП, просто не хватит денег, чтобы насыщать финансами в регулярном режиме все эти шесть стран, чтобы они поверили в его перспективность. Бывшие республики СССР верят теперь только деньгам, они в определенной степени стали до денег жадными, и этому их научили ведущие представители западной демократии.

Если Россия, как Вы утверждаете, ровнодушно относится к программе «Восточное партнерство», то есть, не обращает на него особого внимания, то почему Москва выступила против намерения президента Украины Виктора Януковича подписать Соглашение об Ассоциации с ЕС в рамках данной программы?

Соглашение Украины об ассоциации с Евросоюзом не имеет отношения к проекту «Восточное партнерство», это несколько разные форматы. Против вступления в ВП никто особо не возражал. Что касается меня как эксперта, то я бы не возражал и против подписания бумаги о евроассоциации Украины с ЕС, так как, на мой взгляд, это пустая формальность политического толка, не дающая никаких реальных экономических преференций. Я много выступал на эту тему осенью того самого судьбоносного 2013 года, когда Янукович метался между Москвой и Брюсселем. И если бы он подписал тогда этот документ, то, возможно, до сих пор оставался бы президентом Украины, и там не было бы никакой войны. Напомню, что когда 21 ноября премьер-министр Азаров перед саммитом в Вильнюсе, на котором должно было состояться подписание евроассоциации, объявил на весь мир, что Украина приостанавливает этот процесс, в Киеве и появился так называемый «евромайдан». А когда бы к сегодняшнему дню Украина не получила бы ничего существенного ни от ассоциации с ЕС, ни от пребывания в ВП, она бы сама, естественным путем, сбросила активность на этом направлении. И все решилось бы само собой.

Как Вы считаете, принесла ли эта программа за годы своей деятельности пользу странам-участницам? И вообще, чего от нее было больше - пользы или вреда?

Особенного вреда эта программа не принесла, апокалипсиса не вызвала, если не считать того, что страны-участницы ВП рискнули в определенной степени противопоставить себя Москве, при этом рассчитывая получить солидную компенсацию за риск. Другими словами, они впустую потратили время. Россия, как и они сами, это прекрасно понимает, поэтому зла на этих «братьев» и «сестер» не держит, и даже более того, активизирует взаимодействие с ними. Как, например, с тем же Азербайджаном, который уже почти открыто выражает свое отношение к политике ВП, открыто пропуская те или иные официальные мероприятия в этих рамках. Любой структуре нужна конкретика, но внутри ВП ее нет.

Как участие в этой программе отразилось на отношении стран-участниц к России спустя 10 лет?

Отношение стран-участниц к России – практически то же самое, как и в 2009 году. Многие из них при этом остыли даже к самому процессу евроинтеграции, а не то что к деятельности в составе ВП. За время, прошедшее с момента распада СССР народы этих стран успели понять, что в той прежней, распавшейся стране им было лучше. И чем дальше история уходит от 1991 года, тем СССР все больше становится для простых украинцев, молдаван, белорусов, азербайджанцев, грузин, армян «золотой легендой». Никакой ВП изменить этого уже не в силах.

А СССР для них во многом ассоциируется с современной Москвой, хотя, конечно, надо сказать, что РФ - это далеко не СССР, по целому ряду параметров. Более того, это надо чаще подчеркивать, так как многие представители Запада намеренно смешивают эти понятия, причем в негативном контексте.

Проще говоря, Москва не сделала этим десяткам миллионов людей столько зла, как об этом рассказывают старшие партнеры уже самого «Восточного партнерства». Москва делала много добра, а Европа дала много пустоты, которая пока что не может перевесить бесплатное советское жилье, образование и здравоохранение. Думаю, перевесить советские преференции уже нереально. Весь этот сложный комплекс обстоятельств и чувств и формирует отношение стран блока ВП к России.

Вы полагаете, что Москва делала много добра странам-участницам программы ВП, в то время как Европа дала много пустоты. Относятся ли Ваши слова и к Украине после 2014 года? Ведь, как известно, на части территории этой страны сейчас идет война, и в ее развязывании Киев обвиняет Москву...

Украина обвиняет Россию во всем, однако войну ей почему-то до сих пор так и не объявила. Это кажется странным, поэтому здесь есть много вопросов и к самому Киеву. Когда я говорил, что Москва сделала много добра Украине, я имел в виду в большей степени советскую Москву, которая обеспечила десяткам миллионов украинцев невиданный в истории человечества бесплатный социальный пакет: бесплатное образование, жилье, здравоохранение и много чего еще. Что же касается Российской Федерации, то ведь никто не будет спорить, что и она обеспечивала Украине (как и практически всем остальным членам ВП) льготные цены на поставку сырья. При том, что, напомню, СССР давал ей это все бесплатно на протяжении долгих десятилетий. Западные друзья Киева такой благотворительностью не занимались бы никогда. И Украина сама сделает все нужные выводы на этот счет, когда все российские шланги от нее будут отрезаны, и когда она полностью перейдет под контроль своих западных партнеров. Все хорошо познается на деле, то есть в реальной жесткой действительности, а не на словах. Поэтому я сторонник того, чтобы Украина сама все познала и поняла, и уже тогда бы сделала все нужные выводы и сравнения.

Каковы на Ваш взгляд перспективы этой  программы?

Реальных перспектив никаких, кроме прежних, декларативных. Но на пути к Европе имеются ведь и другие серьезные барьеры. К примеру, менталитет практических всех этих шести стран никогда не воспримет в полном объеме пакет европейских ценностей. Где многие составляющие пакета представляются для народов этих республик, особенно кавказских, крайне неоднозначными. Воспринять их они не смогут даже за большие деньги. Не исключаю, что на смену ВП придет нечто другое, как и само ВП однажды пришло на смену ГУАМ. Однако при этом придется иметь в виду, что вера в эффективность всех этих блоков тает прямо на глазах.

Каким будет в перспективе отношение России к программе «Восточное партнерство»?

Таким же, как и сейчас. Россия этого партнерства, как я уже сказал, практически не замечает. И не потому, что она такая гордая, а потому, что блок такой слабый. Ну, если конечно, членов ВП не заставят пойти на РФ войной. Но это, безусловно, преувеличение, так как они и сами на это не пойдут.

Достаточно одного примера Грузии августа 2008 года, когда западные друзья заставили ее броситься на российскую сторону, и сразу же отошли в сторону, как ни в чем не бывало, оставив тогдашнее руководство Грузии наедине со своими проблемами.

Print version
EMAIL
previous ВЫЗОВЫ ДЛЯ НОВОЙ УКРАИНСКОЙ ВЛАСТИ |
Maxim Rozumny
10 YEARS OF THE EASTERN PARTNERSHIP: FROM PRAGUE TO BRUSSELS AND WHERE TO GO NEXT? |
Pavel Havlicek
next
ARCHIVE
2019  1 2 3 4
2018  1 2 3 4
2017  1 2 3 4
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2019
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.